coming soon — coming soon
NC-21, Wizarding World, dark!AU
1989 год. В Магической Британии все спокойно: волшебный мир уверенно движется к процветанию и изобилию под строгим надзором Лорда Волдеморта. Хотя прогресс после переворота очевиден, совершенство пока не достигнуто: ещё остались те, кто пытаются подорвать новые порядки, те, кто ставит свою свободу выше чужого благополучия. Это не страшно: сорную траву можно выжечь. Только осторожно, чтобы не занялось все поле.
Тед: Тед сидит у гроба брата уже второй час. похороны, в их привычном понимании, никто не устраивал, у Тонксов было не слишком много друзей. еще меньше, чем друзей, у Тонксов было денег. и все же - они устроили поминки, на которые никто не пришел. читать дальше
Псириус: знаменитый сопротивленец сириус кек и его младший брат ребус бл**

Lorem Ipsum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Ianthe Gaunt, 30, NE


Ianthe Gaunt, 30, NE

Сообщений 1 страница 3 из 3

1


Ianthe Gaunt
Ианте Гонт

Bloodstone

https://i.ibb.co/42JwcPr/ezgif-3-bef70bd60d.jpg
Cara Delevingne

05.02.1959

чистокровная

Ильверморни, Рогатый Змей 1987

независимый исследователь

Биография

— Что? — переспросила Ианте. Негромкий голос Лазаруса, самый знакомый звук на свете, еле пробивался сквозь бубнеж. Ианте, по умолчанию придерживавшаяся мнения, что все остальные могли бы и заткнуться, нахмурилась, пытаясь выудить слова.

— Можно потише? — повысила тон Ианте. Мама не любила, когда она кричала за столом, но иначе ее бы просто не услышали.
Лазарус вскинул брови, наклонился к ней ближе через стол, и по движению губ Ианте поняла, что он пытается повторить сказанное четче.

«Приятный скачок спроса… а, хм. Это май. Проклятье, вряд ли задержится, это сезонное для туристов...»

«Какие они все-таки жуткие. И избалованные. Великий Мерлин, да за цену его галстука можно было бы выудить неплохую подержанную метлу… Ох, нельзя так. Все-таки дети.»

«И все же Каролюс блефует. Если бы у него действительно были веские доказательства распила средств, незачем было бы обращаться в прессу — можно сразу в суд… интересно, на что он рассчитывает.»

«Ианте. Ианте в порядке?»

Шум наливался и расплескивался, заполняя уши липкой морской водой. Ианте встряхнула головой, будто пытаясь выбить пробки; нахмурилась сильнее — Лазаруса будто было слышно, но обрывками, звуками, не совпадающими с артикуляцией.

— Молчать!

В столовой прогремел треск расколотого фарфора, и снова воцарилась тишина. Лазарус Гонт старший удивленно поднял взгляд от ежедневника. Медея Гонт отложила свежий экземпляр новостей. Миссис Родригез приложила ладонь ко рту. Лазарус Гонт младший — Лазарус Ианте — замер, вцепившись в неё глазами.

Ианте смотрела на рассыпанную спаржу и перемазанного соусом ягнёнка, зажав руками уши.

***

— Это не порча, — наконец устало сообщил доктор Антонелли. Младших Гонтов в последнее время он встречал чуть ли не чаще, чем своих собственных детей, и при всей его любви к колдомедицине начинал понемногу сомневаться, что частная практика так уж ему подходит. — Но, боюсь, и предложить эффективное решение проблемы будет не в моих силах.

— Родовые проклятия? — нахмурилась Медея. Как и все Гонты, общей теоретической колдомедициной она владела весьма неплохо. Ладонь Медеи задумчиво поднялась в воздух, помедлила и опустилась на плечо Ианте вместо того, чтобы встрепать ей волосы; девочка же, на пару с братом прилипшая к анатомическому постеру на стене, повела плечом.
Родители, конечно, все ещё ее любили. Но постоянно слушать про собственную неполноценность устанет любой.

— Легилименция, — ответил Антонелли. Лицо волшебника еле заметно исказилось. Перед следующим пациентом снова придётся менять постер: дорисованные детскими кривыми линиями схемы аутопсии нервировали других посетителей дискомфортной точностью.

В ответ на слово дернулись все трое.

***

Виски Лазаруса были холодными под раскалёнными пальцами Ианте. Лоб, наоборот — горячим под ее собственным лбом. Ианте почти слышала, как по ее затылку и вниз, по шее, под воротник, катится капля пота, но отвлекаться на то, чтобы обтереть, Ианте не решалась.
Больше всего это было похоже на потоки; хотя Ианте знала, что не все легилименты видят это одинаково. Но так было проще: так можно было сформулировать понятными образами это зыбкое нечто, что ей подсовывало вместо привычного эха выученная легилименция.
С другой стороны, врождённый талант не предполагал возможности помочь брату.

Вот оно: узкое русло настоящего момента, колючая точка «здесь и сейчас», сквозь которую пытаются протиснуться воспоминания о ещё не случившемся. Ианте затаила дыхание, напряглась до боли в челюсти, стараясь не сдавить случайно голову Лазаруса ладонями; и замерев, все своё естество превратив в самый тонкий пинцет в мире, отвела поток будущего в сторону. Все равно что вытащить попавший в глаз волосок.

— Получилось, — пробормотала Ианте хрипло, ещё не успев открыть глаз.

— Конечно, получилось, Ианте, — сказал Лазарус, бледный и удивленный.

Она знала, что сама задача не так уж сложна; но и знала, что в двенадцать справиться с ней не так уж просто. Не так просто, как сама Ианте самонадеянно рассчитывала, во всяком случае.
Она стёрла рукавом выступившую под носом испарину и тяжеловесно выдохнула.
По крайней мере, больше ей не придётся беспомощно смотреть, как Лазаруса истязают мигрени.

***

— Я не то чтобы против некромантии, — сказала мама устало. — но ей же почти никто не занимается. Ещё и брата в это втащила, Ианте.

— Протестую, — решительно заявила Ианте, еле пряча уголья глаз. — Он сам захотел. Тоже. Я тут ни при чем.

— Да, вы ведь все всегда решаете самостоятельно, —  ехидно прокомментировал отец. — Слушайте, потомки, мы ведь даже не знаем, получится ли найти учителя.

— Но можно же поискать! Вдруг получится, — Гаунты-младшие переглянулись и сжали кулаки, почти синхронно.

— Давайте так, — наконец сказал отец. — Мы попробуем найти вам учителя. Предупреждаю сразу, времени на это уйти может много. Если к тому моменту, как найдём, ещё не перегорите — тогда так и быть, учитесь.

Через два года, когда обоим было по пятнадцать, а учитель все же нашёлся, ни Ианте, ни Лазарус не перегорели - как и пятнадцатью годами позже.

***

Если чего-то хочешь — иди и возьми. Не все давалось в руки так просто, но жадность не отпускала.

— Итак, пять инферналов, — вздохнула Ианте. Лоб ее был перемазан мелом, рукава свободной рабочей рубашки - закатаны до локтей, а пряди собранных в растрёпанный хвост волос липли к влажной шее. - Что думаешь, Грег?

Грег пожал плечами.

— И то правда. Хрен с ним, с количеством. А вот контроль… — Ианте перебрала листы пергамента с расчетами и остановилась на одном. Закусила перо. Задумчиво поправила одну переменную в уравнении. Нумерологию саму по себе Ианте не любила, но любая наука требует точности.

— Давай-ка попробуем вот так… не стой столбом, за дело.

Грег вздохнул и взялся на лопату. Некоторое время Ианте не отвлекало ничего, кроме скрежета металла по сухой земле. В одиночку Ианте доводилось работать редко, и отсутствие брата ерзало по нервам колючей проволокой.

Как заставить труп сохранить имевшуюся при жизни информацию?

Как заставить труп вспомнить имевшиеся при жизни навыки?

Ни у кого на всем белом свете не было ответа.

Пока.

Ианте рассеянно закурила и по привычке щелкнула крышкой карманных часов с монограммой IG. Сморгнула, выругалась.

— Десять минут! Твою мать, десять минут до дежурного обхода! Грег, поторапливайся, скотина ты безмозглая!

Грег, которого никогда до этой ночи не звали Грегом, все с тем же молчаливым достоинством королей и мертвецов забрался в могилу и принялся методично закапываться.

***

— Ианте.

— Я занята.

Ианте.

Ианте обернулась резко, хмуро — эхо дребезжало в ушах жестяным листом.

— Что?

— Часы. Немедленно.

— Нет, — сцедила Ианте, ещё до того, как рефлекторно сунула руку в карман брюк.

— Я сказал, немедленно.

Отец не выглядел рассерженным — и именно это почти пугало.

— И как тогда прикажешь справляться с голосами? — попыталась выкрутиться Ианте, прекрасно зная, к чему ведёт отец.

— Доктор Антонелли проверил, как ты ими пользуешься, — сказал отец, не унижая себя ответом на провокацию. — Тебе давали часы, Ианте, в расчете на то, что ты уже достаточно взрослая, чтобы контролировать свою легилименцию. Раз на поверку оказалось, что это не так, мы с доктором примем необходимые меры.

— Нет, — почти жалобно сказала Ианте. — А если мне понадобится?..

Даже по спине брата, дипломатично не вмешивавшегося в разговор — пока Ианте не захочет его помощи, впрочем — она видела, что он напряжен. Лазарус-старший вздохнул.

— Все мы иногда не отказались бы слышать чужие мысли, малышка. Но все мы как-то обходимся и без этого преимущества. Стоило бы научиться и тебе — Антонелли говорит, что это скверно влияет на твоё душевное здоровье.

Ианте, добела сжав серебряную луковицу пальцами, протянула часы вперёд.

— Ну же, Ианте, — наконец смягчился отец. — Я не отбираю твою легилименцию насовсем. У тебя останется час в сутки.

Цепочка беспомощно брякнула об отцовскую запонку.

Миссис Родригез гоняла домовиков по третьему этажу два часа, подбирая осколки и обломки.

***

Ианте негромко что-то согласно промычала, устраивая затылок поудобнее.
Она знала то же, что знал и Лазарус — что описанные им события в прямой их трактовке не то что маловероятны, а неспособны случиться по определению.

— Неплохо, — наконец сказала она уже чётче. — Хорошая возможность покопаться в этом поглубже… и вдобавок, мы уже говорили, что засиделись. Не думаю, что понадоблюсь маме в ближайшее время: после выборов в Совет ей обычно не до меня. Полагаю, можем отправиться через пару дней? Я оповещу Эйвери, чтобы он успел приготовиться к нашему отъезду.

♢♢♢

Политические воззрения
Для Ианте чистокровность волшебников— некое дефолтное состояние мира, в то время как симпатии в сторону нечистокровных — скорее перверсия. В то время как Ианте не занимается (и не интересуется) политикой, не считая помощи матери в качестве легилимента, Волдеморт вызывает у неё нечто вроде внутреннего «наконец-то у власти кто-то нормальный». О родстве с Волдемортом, разумеется, не знает.

Навыки

Магические:

Немагические:

Прекрасный некромант, как практик, так и теоретик.
Врождённый и дообученный легилимент, натаскана в окклюменции, но и выученную легилименцию, и окклюменцию недолюбливает и без необходимости не использует — только упражняется, чтобы не потерять сноровку.
Часто участвует в магических дуэлях с братом, хотя руки пачкать без нужды не любит (да и вообще ничего не любит, кроме Лазаруса и некромантии)
Ориентируется в базовой колдомедицине, хотя практики не имеет совсем, помимо, собственно, сопричастных с некромантией

Прекрасно разбирается в анатомии, физиологии и паталогии, преимущественно человеческой
Преподаватель от бога и богу этому имя Ангра Майнью
В действительности довольно музыкальна и имеет приятный тембр, но заставить Ианте петь или играть на фортепиано — задача уровня «овчинка выделки не стоит». Иногда может мурлыкать себе что-то под нос во время работы или пока они с Лазарусом отдыхают.
Поверхностно ориентируется в политике.
Знает латынь, говорит по-испански.

Палочка
12 дюймов, очень тонкая, очень крепкая, очень жесткая. Змеиное дерево, шерсть ругару. Покрыта эмалью под слоновую кость, прямая, лаконичного дизайна, в целом визуально похожа на костяную. Торец рукояти инкрустирован крупным карбонадо с трещиной посередине.

Уникальные и редкие артефакты

Часы-луковица с минутным циферблатом: выступают блокатором врождённой легилименции Ианте для сохранения ее рассудка. Крышку часов можно держать открытой не дольше одного часа в сутки, и в течение этого часа Ианте имеет свободный доступ к своей врождённой легилименции. В остальное время — или после того, как час истекает — ей приходится ограничиваться заклинаниями, как простой смертной
Самопополняемый серебряный портсигар с чеканным узором в виде болиголова (гвоздичные сигареты, конечно, берутся не из воздуха: магия пополняет портсигар из ассортимента лавочки «Табаки и курительные смеси братьев Линдерманн» в Ист-Вилладж, которая исправно шлёт Ианте астрономические счета ежемесячно.)
Родовой ключ от Дома Гонтов, также известный как Ключ-без-замков: отворяет нарисованную на стене дверь в Дом Гонтов в Нью-Йорке (нормальных дверей в Доме нет, сторонние люди могут быть выпущены или выпущены только членами рода)

Дополнительно
Родня:
Родители: Лазарус Гонт старший, отец; Медея Гонт, мать
Лазарус Гонт младший, брат-близнец.

Весьма успешно окончила Ильверморни и о школе хранит множество тёплых воспоминаний, которые к самой школе не имеют никакого отношения.
Не имеет друзей, зато имеет хорошо знакомых недоброжелателей — в количестве.
Вопреки злым языкам Ильверморни и нездорово горячей привязанности к брату, никогда не испытывала и не начнёт испытывать к нему ни романтических чувств, ни влечения.
Разбила камень в собственной палочке сама, ещё в день получения, не удовлетворившись степенью ее «навороченности». После подробного объяснения от родителей с палочкой практически срослась.
Конфликтна, замкнута, умна, избалована.

Игровые предпочтения
Повисеть на шее у брата, потиранить Мэтти, решить парадокс Франкенштейна, скурить бешеное количество сигарет, выбраться из этих поганых дождей и разбираться, кто это там собирался убивать Лазаруса.

Средство связи

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+8

2

♢♢♢ Итак, время рассказать свою историю! ♢♢♢

А если вам ещё пока сложновато влиться в игру, вы всегда можете это исправить в темах Поиск игры, Выяснение отношений и Заказ Графики

♢♢♢ Развлекайтесь! ♢♢♢

0

3

https://x-lines.ru/letters/i/cyrillicfancy/0273/050505/24/0/4nx7bcgozxem7wc84n7pbcy.png

https://forumupload.ru/uploads/001b/69/3f/5/424483.png

+5


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Ianthe Gaunt, 30, NE