coming soon — coming soon
NC-21, Wizarding World, dark!AU
1989 год. В Магической Британии все спокойно: волшебный мир уверенно движется к процветанию и изобилию под строгим надзором Лорда Волдеморта. Хотя прогресс после переворота очевиден, совершенство пока не достигнуто: ещё остались те, кто пытаются подорвать новые порядки, те, кто ставит свою свободу выше чужого благополучия. Это не страшно: сорную траву можно выжечь. Только осторожно, чтобы не занялось все поле.
Тед: Тед сидит у гроба брата уже второй час. похороны, в их привычном понимании, никто не устраивал, у Тонксов было не слишком много друзей. еще меньше, чем друзей, у Тонксов было денег. и все же - они устроили поминки, на которые никто не пришел. читать дальше
Псириус: знаменитый сопротивленец сириус кек и его младший брат ребус бл**

Lorem Ipsum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Gideon Prewett, 33, OP


Gideon Prewett, 33, OP

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Gideon Abernathy Prewett
Гидеон Абернати Пруэтт

-Visions of Gideon-

https://i.ibb.co/Dbxz2YR/B654-D5-DE-4-DD9-43-A6-978-F-B3-CCDF701-D64.png
Nicholas Skidmore

12.01.1956

чистокровен

Хогвартс, Гриффиндор, 1974

врач/колдомедик

Биография

> Человек.
О, сколько все окружавшие меня чурались этого слова.
О, сколько усилий тратилось на то, чтобы его обойти и ускользнуть, и как между тем гладко и ладно оно ложится на язык.
Чародеи, волшебники, волшебницы, ведьмаки, ведьмы, ведуньи.

никогда
просто
люди

Этот самообман меня всегда забавлял.
С самого детства я знал четко, как круг, очерченный циркулем, остро, как надрез письменным ножом, ясно, как режущее глаза солнце в зените

я — человек, одаренный магией.

> Посему нежелание моего, если позволите, племени пользоваться благами и достижениями магловского мира ничего, кроме насмешливого недоумения, вызывать не могли. Разумеется, не с самого начала, сначала был гнев матери и отца на высокомерных снобов, предпочитающих гордиться поколениями предков, а не своими собственными успехами.
Сначала был Орден Феникса, куда мы с Фабианом попали ещё почти детьми. Мать была против, отец — за. Решающий голос принадлежал нам самим, благо и Фабиан, и я сам к этому возрасту уже лишились юношеской импульсивности.
Когда я думаю об этом сейчас, то невольно задаюсь вопросом, была ли она у нас когда-то вовсе?
Там, где другие дети были подобны неустойчивому маятнику, Фабиан неизменно уравновешивал меня, а я его. Как чаши весов, замершие в состоянии идеального баланса.

И все же нас не бросили на растерзание Пожирателям, как кости собакам. Старый хитрец Дамблдор умеет делать долгосрочные вложения, и с нами сделал ставку на то, чего блюстителям чистоты крови не видать. То, что однажды станет их погибелью.

Он сделал ставку на науку.

На долгие годы мы были отосланы в мир маглов, чтобы обучиться врачебному делу в университете в Штатах. Без привычного окружения из артефактов и чар, волшебник (поправлю: человек, одарённый магией) становится беспомощным, как котенок. Мы вставали на ноги нетвердо, будто дети, что только учатся ходить, и снова и снова падали. Фабиан подхватывал меня, я — его.
Мы учились как маглы, только изредка и тайком пользуясь зельями укрепления сил и улучшения памяти. Многие сферы медицины манили обещаниями раскрыть нам тайны человеческого тела, однако наше обучение имело цель, и забыть о ней было бы непозволительной роскошью. Мы готовились к войне, и я учился иглой залатывать самые страшные раны тела, пока Фабиан покорял искусство словами и гипнозом чинить самые страшные разломы души.

Нет, мы не были так безрассудны, чтобы полностью отказаться от целительства. Колдомедицина заняла своё заслуженное место: ее нам преподавал старый колдомедик-американец, и не догадывавшийся о нашей двойной жизни.
Так на одних уроках меня звали Гидеоном, в то время как на других знали только мое второе имя.

Порой мне думается, что Гидеон теперь — лишь малая моя часть. Та часть, что имеет отношение к магии. И в то же время я весь, я-человек — скорее Абернати.
Забавно.

Так, год за годом, мы постигали навыки, нужные нам для победы в войне.
Только для того, чтобы вернуться в мир, где мы уже проиграли.

Потеря магической Британии стала для нас ударом, без преувеличений. Руины некогда любимой и родной страны, дымящиеся, искалеченные, мало напоминали окрашенные бархатным солнечным золотом воспоминания нашего детства. Даже попытки что-то отстроить нас не впечатляли: под каждым шагом был слышен оглушающий хруст костей, в каждом приветствии гремела неволя.

Мы наблюдали со стороны. Мы сориентировались достаточно быстро, чтобы не успеть попасть во внимание узурпаторских миньонов.
Совсем скоро мы оказались теми, кем нас раньше пыталось представить ещё старое Министерство Магии.
Террористами.

beauty is terror
Eдинственное во всем мире равенство без обратного тождества. В красоте есть ужас, но в ужасе, пропитавшем саму британскую землю, не было ни унции красоты. Мы стали террористами, потому что ужас не давал нам сделать другого выбора.

Глядя в лицо брата, я видел самое себя. Я видел ярость и боль, ужатые в крохотное твёрдое зерно. Из зерна пробивался росток спокойствия, не садового нежного растения, но остервенелого сорняка, отказывающегося знать своё место.
Глядя в лицо брата, я задумывался, таким же ли меня видят другие. Был ли я так же холоден, будто войнa испила из меня все тепло? Был ли я так же равнодушно-отчаян, вёл ли я себя также, как человек, которому будто бы нечего терять?
Если и был, то в бытии этом не было ни капли истины. И потому я прощал Фабиану резкость, и злость, и нетерпимость к чужим мелким оплошностям, зная, что всегда могу позволить себе ответную не-любезность. Злость ударялась о нас, как луч белого испепеляющего света, запертый меж двух зеркал. Она отражалась, не ослепляя, не нанося ран, и только все укреплялась резонансом. Ни я, ни Фабиан не позволили бы себе друг о друга раниться, сама эта мысль отвергалась, как что-то абсурдное, но в злости была честность.

Честности мы оба начинали избегать, как только наше симбиотическое одиночество разбавлялось вторым столпом моего мироздания.

Молли.

Тонкая девочка, которой так неуместно смотреть на кровь. Та, кому стоило бы коротать свои вечера за книгами или на свиданиях.

(сколько кандидатов на твоё сердце тебе пришлось бы сменить, прежде чем Фабиан или я сочли бы хоть одного достойным тебя)

Та, чьи таланты иссыхали в грубой походной жизни, та, что могла бы жить прекрасной жизнью, а не ублажать черствое сердце войны своими лишениями, та, что в действительности никогда не могла.
Потому что Молли всегда найти красоту в чем угодно, но не в том, что гремело уже декаду.

Та, кого мы предпочли бы попросту не пустить, та, для кого мы подготовили бы бросок в Канаду в считанные не дни, часы, та, кому мы даже не стали предлагать.

Потому что в то время как мы с братом обучались парацельсовой мере и учились пользу наносить, как вред, когда мы учились вскрывать столь аккуратно, чтобы разрушение оборачивалось благом, Молли ни на секунду в своей жизни не усомнилась, отличая добро от зла.

И, что важнее, неизменно оказывалась права.

Глядя в лицо брата, я знал, что он видит ее алмазное нутро столь же ясно, что и я сам.
И что, как и я сам, знает, сколь хрупка алмазная твердость.

Глядя в будущее, я задумывался о том, как много мне предстоит потерять.

И все же, ни разу не решился отвести взгляда.

♢♢♢

Политические воззрения
Несмотря на идеальную родословную, семья Пруэтт всегда придерживалась идей равенства чистокровных и маглорожденных. Половину своей жизни Гидеон провел в мире маглов и относится к нему с не меньшей, если не - большей теплотой, чем к миру магов. Состоял в Ордене Феникса и впоследствии присоединился к Сопротивлению.

Навыки

Магические:

Немагические:

i. колдомедицина (военный, полевой колдомедик)
ii. прикладная гербология (с упором на целительство)
iii. боевая магия (в первую очередь ЗОТИ)

i. медицина (хирургия)
ii. фотография и академический рисунок (пленка, карандаш, пастель)
iii. языки (латынь, китайский)

Палочка
Перо птицы-гром. Ива. 11,4. Гладкая отполированная палочка в форме указки. Это вторая волшебная палочка в жизни Гидеона. Приобретена им шесть лет назад в маленькой безымянной лавке в Новом Орлеана, изготовлена на заказ.

Уникальные и редкие артефакты

>Разломленное пополам и разделенное между близнецами сквозное зеркало.
>Старинный пенал из мореного дуба с продольной трещиной на крышке, куда больший изнутри, чем снаружи. Содержит в себе набор полевого колдомедика.
>Серебряное кольцо с выгравированной на внутренней стороне надписью “Ad primos ictus non corruit ardua quercus” - защитный амулет.

Дополнительно
>Как и подобает человеку, имеющему брата-близнеца, в случае нужды Гидеон легко может выдавать себя за Фабиана, обманывая даже тех, кто хорошо знает их обоих.
>Несмотря на боевую подготовку, не является сторонником насильственных методов и прибегает к ним только тогда, когда иного выбора не видится. Не применяет Непростительные заклинания. Вопрос принципов.
>Предпочитает фотосъемку на пленку колдографиям, считая, что у черно-белых снимков есть куда больший потенциал для того, чтобы по-настоящему емко запечатлеть момент.

Игровые предпочтения
Вернуться в Англию, полноценно влиться в ряды Сопротивления.

Средство связи

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Gideon A. Prewett (2022-03-28 08:16:01)

+14

2

♢♢♢ Итак, время рассказать свою историю! ♢♢♢

А если вам ещё пока сложновато влиться в игру, вы всегда можете это исправить в темах Поиск игры, Выяснение отношений и Заказ Графики

♢♢♢ Развлекайтесь! ♢♢♢

0


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Gideon Prewett, 33, OP