coming soon — coming soon
NC-21, Wizarding World, dark!AU
1989 год. В Магической Британии все спокойно: волшебный мир уверенно движется к процветанию и изобилию под строгим надзором Лорда Волдеморта. Хотя прогресс после переворота очевиден, совершенство пока не достигнуто: ещё остались те, кто пытаются подорвать новые порядки, те, кто ставит свою свободу выше чужого благополучия. Это не страшно: сорную траву можно выжечь. Только осторожно, чтобы не занялось все поле.
Тед: Тед сидит у гроба брата уже второй час. похороны, в их привычном понимании, никто не устраивал, у Тонксов было не слишком много друзей. еще меньше, чем друзей, у Тонксов было денег. и все же - они устроили поминки, на которые никто не пришел. читать дальше
Псириус: знаменитый сопротивленец сириус кек и его младший брат ребус бл**

Lorem Ipsum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Walburga Black, 64, DE


Walburga Black, 64, DE

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Walburga Hesperia Black
Вальбурга Эсперия Блэк

Nouvelle Vague — Bela Lugosi’s dead

https://i.imgur.com/5z9F51F.gif
Carrie Anne Moss

03.03.1925

Чистокровная

Хогвартс, Слизерин ‘42

Глава Департамента Международного Магического Сотрудничества

Биография

— А профессор Бальтазар говорил, что за травлю будет наказывать беспощадно, — шипит, почти как от боли, Гертруда. Ей, на самом деле, конечно, не больно. Если только самолюбию.
— А это и не травля, — в тон лениво роняет Вальбурга. — Разве что небольшое… влияние.
Ей не то чтобы настолько не по силам этот треклятый доклад по Древним Рунам, но зачем тратить время — если можно напомнить Гертруде Бриггс, что Бенни не обрадуется, узнав, как она обжималась в Сочельник с Рупертом за совятнями?
Оказывать влияние легко и приятно: главное — наглость. Люди на диво многое готовы проглотить, если надавить достаточно прямо, если не церемониться в методах. То, что кто-то едко зовёт шантажом, Вальбурга небрежно называет «взаимовыгодным обменом». Друзей у Вальбурги нет, но друзья и явление такое, откровенно говоря: кто слабее, провалится в топь, кто сильнее — повод присматривать повнимательнее. Самое близкое к другу, что есть у Вальбурги — это интересный соперник.

К слову об интересных соперниках — с Томом, кстати, они даже успели некогда завести интрижку: Вальбурге не то чтобы настолько уж сдались мальчики, но как-то пора уже было понять, о чем столько разговоров, а Том из всего ее окружения единственный вызывал хоть какой-то проблеск надежды (Ирма неоднократно повторяла дочери, что стандарты было бы неплохо снизить хотя бы до уровня «настоящий живой человек», но на это Вальбурга только досадливо вела плечом). Роман развлёк ее, как любой новый опыт — и заодно показал, что отношения интересуют не больше, чем магловская живопись.

Отношения в этом плане не оказались исключением: интерес Вальбурги сложно было вызвать и куда сложнее — удержать. После Хогвартса она застряла в многоугольнике переездов между родственниками и поместьями, безвыходном, как внутренний двор Азкабана, изнывая от скуки, досадливо стравливая между собой знакомых и незнакомцев и поглощая такие объёмы чая, что нелюбовь к нему сохранилась навеки.

Спасение же явилось в обрамлении чопорного чепца тетки Кассиопеи, которая одним прекрасным летним днём, наблюдая, как Вальбурга ковыряет ложечкой застрявшую в вазочке с мёдом осу, предложила:
— Дорогая, а почему бы тебе не заняться тем, что тебе нравится больше всего?
— Потому что огневиски в девять утра не пьют, — мрачно ответила Вальбурга.
Старая ведьма, носившая этот титул с равным удовольствием и фактически, и метафорически, сухо рассмеялась:
— Во-первых, дитя мое, пьют, если успеют незаметно долить в чай из фляжки. Во-вторых, я имею в виду то, что ты делаешь со своей жизнью. У тебя же прекрасный талант управляться с людьми — почему бы тебе не попробовать себя в политике?
Вальбургино «хм» повисло в летнем звенящем воздухе, как оса в меду, но идея запала в голову каплей янтаря. 

— А знаешь, Бриггс задолжал мне после партии в перекати-покер, — задумчиво сообщил Поллукс.  — Может замолвить словечко, начнёшь не с низов. Вряд ли тебя так тянет подавать кофе.
На фамилии «Бриггс» левый уголок рта Вальбурги весело дернулся: история ходит кругами. Насчёт заботы отца, впрочем, она не прельстилась. Это Блэк-старший не хотел, чтобы Вальбурга подавала кофе в Министерстве. Саму ее тоже не тянуло, но мотивация Поллукса не имела к этому никакого отношения.
— Звучит заманчиво, —  уронила Вальбурга, откидываясь на спинку кресла. — Но, пожалуй, откажусь. Не приведи Мерлин, куда-то просочится; а как мне потом работать, если пойдут слухи? У Бриггсов кровь течёт до третьего колена, а дальше — жижа.

Ей отказали — в первый, второй, третий, четвертый раз, на разные позиции. Что-то оказалось слишком недосягаемым для ведьмы без опыта работы, что-то — самым невероятным образом — отсеяло ее как слишком квалифицированную. Вальбурга, разумеется, сложила два и два (а может, и ещё с десяток «двоек»): ее же собственные однокурсники, работавшие теперь в Министерстве, вряд ли горели желанием порекомендовать ее к найму. А ещё — Бриггс, который точно имел зуб на отца; а ещё — Блэки, с которыми связываться себе дороже…
Поняв, что приличными путями в Министерство она не попадёт, Вальбурга занялась тем, в чем чувствовала себя как рыба в воде.
Политикой. Так сказать.
И на следующий отказ по причине неквалифицированности вежливо улыбнулась и слегка даже печально отозвалась:
— Какая жалость! Но вы же еще даже не видели дополненительных материалов к моему резюме — может, все-таки взглянете разок? — и протянула собеседовавшему ее немолодому волшебнику с залысинами объемистую папку колдографий.

Вот таким образом, наблюдая, как чародей давится, пунцовеет и неловко бормочет что-то под нос, Вальбурга в двадцать пять получила должность ассистента дипломата в Департаменте Международного Магического Сотрудничества.
Дальше было проще. Подход она уже нашла.

Много кто обвинял ее в грязной игре на протяжении всей карьеры, но для Вальбурги эти слова всегда были дикостью: игра и есть игра, без чистого и грязного. Не хочешь, чтобы на тебя завели компромат — не совершай необдуманных поступков.
Вальбурге с этим было несколько проще: принадлежность к роду Блэк приучает следить за репутацией с детства.

Поэтому, какое бы отвращение у Вальбурги это ни вызывало бы, вопрос заключения брака и рождения детей вопросом, в сущности, никогда не был. Для неё это было чем-то вроде повинности: перетерпеть во имя того, чтобы ее кровь передалась потомкам; потому что кровь Вальбурги, в действительности, важнее ее предпочтений и пожеланий. Однако к выбору мужа по той же причине она подошла так сухо и практично, как будто искала нового сотрудника в свой отдел. Кандидатура Ориона, разумеется, вызвала много разговоров — в первую очередь ввиду близкого родства; но Вальбурга не выходила замуж из-за высоких чувств, а троюродное родство было самым эффективным способом гарантировать родословную супруга. Эффективнее было бы только двоюродное, но тут уже, знаете ли, риски у детей…
Дети появились на свет без рисков, так же деловито и торопливо, как и был заключён брак: Вальбурга закрывала очередной проект, без воодушевления, равно как и без сомнений, и сразу по рождении как Сириуса, так и Регулуса стремительно сбросила их на попечение тех теть, бабушек, дедушек, дядьев и так далее, которые в отличие от неё самой испытывали некое трепетание от детских ладошек.

Тем более, у Вальбурги было, чем заняться: впервые в жизни она приняла решение поставить свою карьеру и репутацию на кон. Но план Тома Реддла стоил того: это был первый действительно масштабный шанс Вальбурги привести окружающую ее действительность в соответствие с ее собственными принципами. В конце концов, само их расхождение иначе чем раздражающей оплошностью со стороны действительности назвать было сложно, и это несовпадение неизбежно, раз за разом вызывало у Вальбурги недовольное удивленное недоумение — как будто забыл просушить обувь и сунул ногу в мокрый ботинок.
И Вальбурга торговала информацией, договаривалась, давила, умасливала, намекала, выжимала, спорила.

Вела ещё одну политику под прикрытием первой — той, которой от неё ожидали в старом — устаревшем — Министерстве.

Магический государственный поворот для неё лично произошёл почти незаметно: детали мозаики наконец встали на место вместо пестрой мешанины цветов, занимавшей все руки. Работы не стало меньше — скорее, работа стала прямее и честнее: Вальбурге больше не за чем было юлить, представляя официальные интересы.

Это, конечно, не значит, что юлить она совсем перестала.

Она же и вправду хороший политик.
♢♢♢

Политические воззрения
Вальбурга выросла в святом поклонении чистоте крови — родословная всегда ставилась превыше всего, как нечто само собой разумеющееся. Ввиду этого к маглам и всем, кто с ними кровно связан, Вальбурга относится как к существам второго сорта (в том же оттенке, что и «рыба второй свежести»).
Современный политический строй Магической Британии в глазах Вальбурги — первый за многие века прецедент, когда Министерство действительно функционирует правильно и действительно блюдёт интересы магического сообщества. При этом в отличие от многих, Вальбурга не закрывает глаза на то, как усложнилась жизнь маглорожденных — в ее системе ценностей их положение близко к некой кармической расплате за осквернение магии.

Навыки

Магические:

Немагические:

Вальбурга слабовата в боевой магии — пачканье рук и опасность огрести Авадой вызывают у неё пополам брезгливость и нервное подергивание глаза. Вместо этого она очень неплохо натаскалась на проклятия, особенно те, что действуют незаметно, мягко и неостановимо. Если вы не восхитились ее новой стрижкой (никоим образом не отличавшейся от старой), а потом ваша жизнь как-то резко покатилась по наклонной… да нет, совпадение, конечно же. О чем речь.
Неплохой зельевар — в том же приложении, хорошо подкована в истории Магической Британии.
Бросается «империусами» реже, чем могла бы, сугубо из нежелания попасться на жареном. В целом пользуется тяжелой магической артиллерией не так уж часто, ввиду чего самочувствие и состояние у Вальбурги даже для ее возраста превосходные. Ну и колдомедицина не вредит, конечно, тоже.
Считает бытовую магию чем-то ниже своего достоинства, но почти садистски требовательна по отношению к Кикимеру и другим домовикам.

Великолепный манипулятор, переговорщик и дипломат. Способна продать товарный состав снега в Заполярье и убедить пострадавших, что сделка невероятно выгодная. Способна накопать компромат даже там, где его никогда не было — либо нафантазировав своего от души и предоставив неопровержимые доказательства, либо извернув события самым неподобающим образом, иными словами, натянув сову на глобус. Может быть парадоксально убедительной даже для тех, кто неплохо знает ее как личность.

Палочка
Вяз и кость дромарога, 11 дюймов, темная, гладко отполированная, жесткая. Первая и последняя палочка Вальбурги. В работе суховата и без выдумки, но прекрасно подходит Вальбурге, которая и без всяких выдумок знает, что ей нужно.

Уникальные и редкие артефакты

Мундштук с причудой (махагон, инкрустация ониксом): в отличие от соседнего в портсигаре мундштука (оникс, инкрустация махагоном) придаёт дыму легкие магические свойства. Вдыхающий дым начинает бессознательно искать разумные доводы в пользу позиции Вальбурги — гипнозом или, тем более, магией принуждения это не назвать, но легкий толчок в нужную сторону зачастую оказывается удивительно полезным.

Браслет: цепочка из темного золота и подвеска в виде одной капли лабрадорита. Экстренный порт-ключ в Дом на Площади Гриммо.

Флакон Двуличных Чернил: используется для письменных контрактов и договоренностей, в которых Вальбурга не вполне уверена. Написанное этими чернилами в течение месяца может бесследно исчезать или снова появляться по желанию написавшей. Не отслеживается магией, но вполне записывается на колдографии — и, в целом, записалось бы на магловскую технику, попади оно однажды в кадр.

Дополнительно
Не переваривает полёты на мётлах и считает их унизительными для любого уважающего себя волшебника.
Самолюбива до степени ипохондрии, нетерпима к малейшему дискомфорту, однако при этом не гедонистка в более приземлённом смысле слова.
Неплохо разбирается с искусстве, но не приемлет современные тенденции — очень консервативна и вдобавок пренебрежительно относится к любой функции искусство, кроме чистого эстетического удовольствия. Социально-политические идеи, мораль или даже философские размышления в искусстве вызывают у неё раздражение.
Предпочитает чай вместо кофе, хотя и пьёт его больше из привычки, нежели из любви. Не любит подслащённый и пьёт обычно очень крепкий, с бергамотом или цитрусовой цедрой (не мякотью), но изредка может для разнообразия сопроводить небольшой порцией какой-то сладкой или несладкой закуски.

Игровые предпочтения
Предпочитаю третье лицо и прошедшее/настоящее время, от соигрока жду любой вариант, мне нормально. Птицу-тройку «могу копать, могу не копать». Обычно выдаю что-то порядка поста в две недели, но варьируется в зависимости от реала. Имею тенденцию к простыням в первопостах и пишу стандартные 3-5к в остальных, иногда играю спидпостинг. Предпочитаю экшн, детективы, гэги, люблю эксперименты с текстом и сильную литературность, включая постмодерн и экспериментальный текст. Предпочитаю писать мудаков неромантизированными мудаками (и да, Вальбурга, к тебе это тоже относится). Радостно фигачу разовых нпсов на эпизод, была бы задумка.

Средство связи

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Подпись автора

аватар от Тома

+9

2

♢♢♢ Итак, время рассказать свою историю! ♢♢♢

А если вам ещё пока сложновато влиться в игру, вы всегда можете это исправить в темах Поиск игры, Выяснение отношений и Заказ Графики

♢♢♢ Развлекайтесь! ♢♢♢

0

3

https://x-lines.ru/letters/i/cyrillicfancy/1676/111113/32/0/4nx7bcgozxem7wc84n7pbcy.png
https://forumupload.ru/uploads/001b/69/3f/5/406060.png

Подпись автора

аватар от Тома

+4


Вы здесь » Lorem Ipsum » Принятые анкеты » Walburga Black, 64, DE